Вторник, 24.10.2017, 06:20          
Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас, Гость · RSS
Меню сайта
Категории раздела
История Карабаха [13]
Армянская агрессия [6]
Ходжалинский геноцид [10]
Гуманитарное бедствие [4]
Армянский терроризм [7]
Горoда [11]
Поиск
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 212
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Программы для всех
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Форма входа
     Каталог статей
    Главная » Статьи » КАРАБАХ » Ходжалинский геноцид

    Раненные

    Свидетельства раненных

    В журнале санитарного поезда в г. Агдаме, через который проходили почти все пострадавшие жители Ходжалы, зафиксировано 598 раненых и обмороженных (последних большинство). Там же зафиксирован случай скальпирования живого человека, что отмечено в докладе центра «Мемориал».


    Асланов Бахтияр Гулу оглы – 29 лет

    25-го числа около 10—11 часов утра я лежал дома больной, мне были поставлены банки. Неожиданно распространился слух, что 366 полк вступил в город и разрушает его. Шум и грохот от движущихся по городу БМП, разрывающихся снарядов буквально оглушал. Когда мы выходили из дома, Эльман муаллим дал нам некоторые поручения и сказал, что нужно вывести из города женщин и детей. Вместе с более чем двумя стами женщин и детей мы побежали к лесу. Когда мы добежали до Нахчиваника, армяне ракетой сигнализировали Аске-рану о нашем местонахождении. Когда мы вышли из леса на дорогу, то увидели, что со стороны Аскерана мчатся БТР и БМП. Приблизившись на близкое расстояние, они открыли стрельбу. Мой отец Асланов Гулу, мой брат Асланов Игбал и его друг Гаджиев Али были вскоре убиты там осколками снарядов.
    У меня было семь гранат. Я провел тогда до пятидесяти женщин и детей. Когда я отводил свою тетю на гору, она сказала: «Нет, я больше не в силах идти дальше...» В нее тут же угодила пуля. Она тогда сказала: «Бахтияр, ты беги, я уже умираю...» Я спрятался за камни. Армяне стали меня искать. Когда они приблизились ко мне, я стал в них стрелять. Потом побежал в сторону холма. Поднявшись на гору, я почувствовал, что дальше ползти уже не в силах, пуля раздробила мне ступню. Когда я попытался присесть, в меня попали еще четыре пули. Я, собравшись с силами, пополз по скале и вдруг услышал голоса азербайджанцев... Подполз к ним. Это был отряд Эльмана. Мушвига тоже ранили. Я еще немного пополз, убедился, что дальше пвязти уже не в силах. Я туго затянул свою раненую ногу шарфом Седного из умерших и лег на спину. Вечером фронтовые {ребята и подобрали меня, Мушвига и многих других раненых а также трупы наших погибших людей доставили в Агдам. Одним словом, смерть меня миновала.
    27 февраля 1992 года, время 1-00 Баку,Госпиталь, 3-я палата.


    ХУМАР САЛИМОВА —девятнадцать лет.

    25-го февраля в 11 часов вечера началась интенсивная стрельба. Со всех сторон в город ворвались многочисленные БМП и БТР. Русские войска, объединившиеся с армянскими воинскими частями, громили и разрушали город.  На территории Гала деряси, где мы жили, перестрелка была столь интенсивной, что мы растерялись. Мы не знали, что делать и куда бежать. Мои братья дежурили на порученном им посту. Поэтому мы не хотели уводить, оставив их. Стрельба  продолжалась два часа, мы находились в самом центре. Потом пришли мои братья. Один из них был отцом троих детей. Взяв с собой детей, мы побежали, хотя  и сами не знали куда... Мы направились в сторону горы Кятий.
    Пока мы добрались до горы Кятий, может быть, ни одна сотня людей осталась лежать на земле, скошенная  вражескими пулями... Осколками «Алазань» были убиты  бежавшие рядом со мной женщины, я же оказалась раненой в предплечье и в лицо.
    На дне оврага я совершенно обессилела. Многих своих товарищей по несчастью я к тому времени уже потеряла. Вдруг я встретила группу Эльмана Мамедова.  Увидев, что я ранена и совершенно обессилела, он провел меня  через овраг. Мужчины  всячески  помогали  раненым женщинам. Сыпавшиеся с неба подобно граду пули и осколки не позволяли что-либо предпринять. Перейдя через ручей, мы поползли к канаве. И тут только я обратила внимание, что начинается рассвет. Как раз в это время армяне окружили канаву. Они стали пристреливать находившихся рядом со мной людей. Гулиева Талеха они убили выстрелом в рот, после чего на глазах его  жены стали разбивать его голову. Когда его жена, Рахиля Гулиева, при виде этого зверского зрелища, подняла крик, ее тоже пристрелили.   Годовалый   Самир, не понимая того, что его мать уже мертва, не хотел отходить от нее... Тогда ему разбили голову прикладом автомата. Причем удар этот нанесли с такой силой, что мозги его брызнули во все стороны... Ко мне подошел армянский парень и схватил меня. Я закричала, стала умолять его, чтоб отпустил меня, но он молча продолжал волочить меня по земле. По мере того, как мы переступали через находившиеся на пути трупы, я все настойчивее умоляла его убить меня, не уводить живой. Наконец, собравшись с силами я пала к ногам этого армянского парня и взмолилась: «Братец, да буду я твоей жертвой, ты похож на моего брата, убей меня...» Руки парня неожиданно ослабли. Он бросил меня и побежал в другом направлении. Я тогда решила лечь среди мертвых тел. Притворилась тоже мертвой. Вокруг меня лежали одни мертвецы. Стрельба стала постепенней отдаляться. Я тихонько   отползла и стала понемногу продвигаться вперед. Со временем я отползла на значительное расстояние..." и наконец, до меня донеслись голоса азербайджанцев. Я крикнула: мама, и потеряла сознание. Когда очнулась, то увидела, что парень-азербайджанец по имени Али-ага несет меня на руках в Агдам...
    8 марта 1992 года, 2-10.
    Бакинская городская больница
    скорой помощи, палата № 7.

    ОРУДЖЕВА ХАТИРА ТЕЛМАН КЫЗЫ - восемь лет

    Мы уже все спали. Нас разбудил оглушительный шум и гром. Вскочив с постели, мы увидели горящие на той стороне дома. Мы забежали в туннель...
    - Сколько вас было человек?
    - Мой отец, моя мать и мы вчетвером. Моя тетя Севиль тоже была с нами. Соседи с двумя детьми. Мы пробыли в туннеле четыре часа.
    — Как ты установила, что вы в туннеле пробыли четыре часа?
    — Сосед сказал, что мы уже четыре часа находимся здесь. Потом пришел дядя по имени Шаиг и сказал, что ту сторону сожгли, а теперь армяне идут сюда, бегите в лес. Мы так и сделали: побежали в лес. Вначале и отец, и мать были рядом со мной. Моя маленькая сестричка Хеяле находилась на руках у матери, а другая — на руках отца...
    В лесу было очень темно. Отец сказал, что стрелка часов уже приближается к шести. У села Нахчиваник нам перегородили дорогу... Наши вожатые отправились к армянам просить, чтобы нас пропустили. Однако те не выполнили просьбу. Нам пришлось остаться в лесу. Когда рассвело, первой застрелили мою маму. Потом выстрелили в тетю  Севиль. Ей  было только семнадцать лет, Моей матери Ираде было двадцать шесть лет. Сколько  лет моему отцу я не знаю. Зовут его Оруджев Тельман...
    Когда   армяне   стреляли  в   меня,  моя  мама   была рядом со мной. Она была ранена, поэтому мы не могли бежать. Я лежала рядом с матерью. Отца мы потеряли в лесу. Дальше я не помню... И вдруг я увидела, что милиционер несет меня на руках в Агдам.
    Рядом с Хатирой, к сожалению, не было матери, чтобы она вносила поправки в ее бессвязную речь. О своей матери она спросила меня... Я сказала, что меня к ней послала именно она, а сама находится сейчас в агдамской больнице. Хатира задумалась, а потом попросила назвать фамилию ее матери...
    Я ответила, что ее зовут Оруджева Ирада (фамилия эта была мне известна из ее же рассказа). Она покачала головой... Нет, моя мать носит свою фамилию. Тогда скажи, какие у нее волосы, кудрявые, мягкие? Если бы я могла ответить, то, может быть, она мне поверила бы. Хотя бы на время извлечения ран она была бы спокойна... Я окозалась в затруднительном положении... Мне неловко и ... больно...Почему я не могу ответить Хатире, какая у ее матери фамилия,какие у нее были волосы...
    Печальные глаза Хатиры наполнились слезами. Видимо, маленькое сердечко этой девчушки очень любило свою мать, однако, к глубокому сожалению, я не могла ее утешить...
    Хатире еще не было достоверно известно, что ее мать, отец, тетя и младшая сестра Хеяле были убиты армянами...
    Заведующий первым хирургическим отделением больницы, кандидат медицинских наук Заур Мамедли сказал мне, что у Хатиры не остается никакой надежды на то, что ее родители живы.
    У девочки были ранены огнестрельным оружием плечо и грудная клетка, задето легкое, произошло кровоизлияние в полость плевры, пулями перебиты ребра... После хирургической операции она пять дней пролежала в отделении реанимации.

    2 марта 1992 года время 2.10
    Бакинская городская больница скорой помощи, палата № 2.
     >>>>
    <<<<


    ^ВВЕРХ^

    Категория: Ходжалинский геноцид | Добавил: Admin (11.01.2011)
    Просмотров: 433 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Copyright MyCorp © 2017
    Реклама
    M.Maqamayev.Azerib
    Погода
    Статистика
    Яндекс.Метрика